17:39 

Ars Poetica...

Ela
... равно как и Ars Prosaica (наверное, это должно именоваться так?) и прочие руководства по части написания книг - от Буало до Стивена Кинга - у нас все как-то больше зарубежного происхождения. Отечественная "Золотая роза" так прочно забыта, что это даже странно. Или не странно? Раз зарубежные авторы пишут бестселлеры, значит, у них и надо учиться, не так ли?
Вопрос в том, чему именно у них учиться можно, а какие рекомендации следует воспринять критически.
Не поймите меня неправильно - это хорошие, толковые, почтенные руководства, которые действительно могут научить многому, и я сама их рекомендовала не раз. Я не ударилась в славянство и не собираюсь сообщать urbi et orbi, что хорошилище грядет по гульбищу из ристалища, да и другим не советую. Но все же есть область, в которой к рекомендациям зарубежных авторов следует подходить с осторожностью.
Область эта - стиль.
Пока речь идет о способах создания и выявления характеров, построения сюжета, развития действия - все в порядке. Мы действительно многому можем научиться. Даже если речь идет о совершенно новых для нас художественных принципах. Например, композиция в духе "расходящихся волн" ничем не похожа на привычное нам "экспозиция-завязка-кульминация-развязка" - но она очень интересна, и отчего бы не освоить и ее, отчего бы не расширить свой арсенал выразительных средств? Но когда речь идет о стиле, о языке текста, давайте не будем все-таки забывать, что создавались все эти рекомендации ДЛЯ ДРУГИХ ЯЗЫКОВ С ДРУГОЙ СТРУКТУРОЙ.
Много букв о том, какой частью речи предпочтительнее жечь сердца людей - и почему

@темы: Мысли вслух, книжное, рабочее

18:27 

Всегда ли талант знает о себе?

Ela
Мысль пришла мне в голову какими-то левыми путями - навеяна она была сетевой дискуссией, в которой несколько человек не без апломба настаивали на том, что талант о себе всегда все сам знает, а значит, никакая критика его не собьет. А сформировался ответ в связи с тем, что я сейчас читаю.
Вообще у меня в рабочее время с чтением отношения сложные. Иногда я заявляю "все буквы кончились" и начинаю беспорядочно метаться, читая что попало и как попало, слушаю любую музыку и смотрю самые невероятные фильмы - и так до тех пор, пока какая-то деталь не помогает мне размотаться из той умственной невнятицы, в которую я себя ухитрилась замотать, слишком напряженно отрабатывая ту или иную сцену. Тогда я перехожу ко второй стадии, она же во время раюоты и основная - читаю только то, что либо помогает, либо не мешает. Поскольку в ней я сейчас и нахожусь, то одна из двух подаренных мне книг лежит непрочитанной и будет так лежать если и не до морковкина заговенья, то до какого-то другого не менее значительного праздника - то есть пока я не закончу то, что пишу сейчас. А читаю я сейчас в большом количестве Паустовского - это потрясающая проза, после которой мне всегда дико хочется работать - есть несколько авторов, которые всегда оказывают на меня такое воздействие.
И вот, как говорится, "в процессе чтения" я и вспомнила ответ на "талант сам все про себя знает". Однозначный. И очень, к сожалению, грустный.
Я думаю, "Золотую розу" знают многие из моих ПЧ - знают и любят. Но думаю, не все знают, что это по первоначальному замыслу была только ПЕРВАЯ книга "Золотой розы" - в которую Паустовский добавил главу об Андерсене и рассказ об Олеше, предназначенные первоначально для второй книги, а также рассказы о художниках - о Кипренском, о Левитане. А второй книги нет и больше никогда не будет.
Из второй книги были написаны две главы. Те, о которых Паустовский говорил, что они гораздо "страннее" первой книги. Но увы - читателям до такой страности еще предстояло дорасти. Странности без нарочитого авангарда, странности полной свободы при полной выстроенности, странности простоты и кристальной прозрачности. Странности неброской и ненарочитой. Живой и сердечной.
Читка состоялась 16 марта 1961 года. Длилась она полтора часа - Паустовский предупредил, что читать будет долго - и под конец он уже торопился, видя, что текст идет в пустоту. Просто в пустоту. И едва ли дело только в том, что он астматик, утомился и читал нехорошо - нет, просто текст был неожиданным. Совсем неожиданным. Никто не знал, как реагировать на ЭТУ прозу. Кто-то кое-как промямлил, что "это, наверное, должно быть, интересно". Паустовский встал, улыбнулся и пригласил всех к столу. Гости обрадовались тому, что неловкая атмосфера вроде как разрядилась этим приглашением и больше не надо обсуждать эту странную прозу. Больше о тексте в тот вечер не говорили.
Утром 17 марта Паустовский сжег рукопись и даже к разговору о ней никогда не возвращался.
Это было слишком больно, чтобы возвращаться. Слишком сердечно дорого.
Чудом сохранился первый черновик первой главы - "Непокой. Гостиница "Севастополь"." Даже по этому первому варианту видно, в каком направлении шло развитие, какой прозы он хотел и чего добивался. Это изумительно. Отзвуки этого наполняют его позднюю прозу. Поиск был точен и верен во всем. Но читатель был еще не готов. А Паустовский решил, что ошибся он, что не смог...
Так "талант все про себя сам знает"?
Ох, не всегда...
Вот кто про себя всегда все знает - это самоутвержданты всех мастей. От воплощений безграмотности, орущих "глотайте кость, шакалы" (да, именно "глотайте", а не "глодайте") тем, кто посмел намекнуть, что знакомство с орфографией еще никому не вредило - и до надменно-барственных постмодернистов второй свежести, цедящих через губу "вы не поняли парадигмы" тем, кто ищет хоть какой-то логики и смысла в тексте и действиях героев... о, вот самоутвержданты точно знают о себе, что они гении. И какая бы то ни было критика тут просто бесполезна. Не поможет.
А талант - особенно молодой - знает, что он талант, далеко не всегда. И в правоте своей уверен далеко не всегда. Он может быть подвержен сомнениям, он может считать свой текст недостаточно хорошим по сравнению с тем, каким этот текст ДОЛЖЕН быть... да мало ли что. А Паустовский, к слову сказать, не был молодым-начинающим. Мало того, что он действительно талант, каких не то что мало, а просто не бывает - он еще и талант признанный, любимый современниками, к моменту сожжения второй книги "Золотой розы" за плечами уйма книг, миллионные тиражи...
Это не помогает в минуту сомнения.
Талант - как раз вот именно что талант - далеко не всегда знает о себе и своей правоте.
Когда я думаю об уничтоженных главах и нерожденной второй книге "Золотой розы" - и о том, что потеряли мы как читатели, и о том, что чувствовал в эти страшные для него мартовские дни Паустовский - мне хочется плакать.
И я уже перестаю понимать, стоит ли вообще высказывать свое мнение о прочитанном, если оно негативное. Самоутверждантов не прошибешь ничем. А вот таланту можно и повредить. Даже не критикой как таковой. НЕПОНИМАНИЕМ.

@темы: Мысли вслух, заметки на извилинах, книжное

Terra Absurda

главная